Злоупотребление гражданскими правами — последствия и наказание

Добрый день, дорогие читатели.

Сегодня мы поговорим про тонкий момент — про гражданские права. Если взывание к своим правам и свободам осуществляется только с целью прикрыть правонарушение (или хуже того — преступление), то если дело пойдет в суд, судья вправе использовать Статью 10 ГК РФ о злоупотреблении гражданскими правами.

На практике, часто встречаются действия продавца недвижимого имущества, когда он, заключив договор купли-продажи с одним покупателем и передав ему имущество (переход права на которое еще не зарегистрировано), затем заключает договор купли-продажи на то же имущество с другим лицом. Поскольку продавец несет гражданско-правовую ответственность за неисполнение договора купли-продажи, т.е. фактически это уплата неустойки и возмещение убытков — схема широко используется мошенниками. Грубо говоря, квартира продается дважды, деньги тут же ныкаются, и все — продавец будет 72 года выплачивать по 300 рублей со своей официальной минимальной зарплаты. Или продавец прикидывается недееспособным.

В общем, прочитайте статью с примерами, чтобы более подробно разобраться в этом вопросе.

Статья 10 ГК РФ. Пределы осуществления гражданских прав

Новая редакция Ст. 10 ГК РФ

  1. Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

    Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

  2. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.
  3. В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.
  4. Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.
  5. Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Комментарий к Ст. 10 ГК РФ — понятия и примеры злоупотребления процессуальными правами в гражданском процессе

Реализуя принцип диспозитивности при осуществлении гражданских прав, комментируемая норма определяет пределы этого осуществления. Основным институтом (механизмом), обеспечивающим соблюдение пределов осуществления гражданских прав, является институт злоупотребления правом (шикана). Шикана — это действия, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу.

Кроме шиканы ГК предусматривает возможность признания (судом) тех или иных действий также нарушением пределов осуществления прав — «злоупотреблением правом в иных формах». Не допуская злоупотреблений правом, закон устанавливает в области осуществления гражданских прав определенные запреты.

Это — запрет использования гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке (абз. 2 п. 1 ст. 10 ГК РФ).
Основное последствие злоупотребления правом — отказ в судебной защите данного субъективного права.

Судебная практика

Высший Арбитражный Суд Российской Федерации считает необходимым рекомендовать арбитражным судам… иметь в виду, что процедура банкротства может использоваться в целях передела собственности, устранения конкурента, в связи с чем необходимо тщательно исследовать конкретные обстоятельства по делу с учетом требований ст. 10 Гражданского кодекса (письмо ВАС РФ от 20.01.1999 N С1-7/УП-61).

Другой комментарий к Ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации

  • Пункт 1 комментируемой статьи устанавливает общие пределы свободы усмотрения участников гражданских правоотношений при осуществлении ими своих прав. Превышение этих пределов квалифицируется как злоупотребление правом и представляет собой неправомерное действие.
  • Последствием злоупотребления правом является возможность утраты материального права на судебную защиту субъективного гражданского права. Отказ в защите права со стороны суда допускается лишь в случаях, когда материалы дела свидетельствуют о совершении гражданином или юридическим лицом действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотребление правом, в частности действий, имеющих своей целью причинить вред другим лицам. В мотивировочной части соответствующего решения должны быть указаны основания квалификации действий истца как злоупотребление правом.
  • В ГК не раскрываются понятия разумности и добросовестности применительно к осуществлению гражданских прав. Очевидно, злоупотребление правом должно признаваться неразумным и недобросовестным действием. В силу презумпции разумности действий и добросовестности участников гражданских правоотношений бремя доказывания этих обстоятельств лежит на утверждающей стороне.
  • Вопрос о том, имело ли место злоупотребление правом, решается судом с учетом фактических обстоятельств дела. Например, при наличии доказательств прекращения основного обязательства в связи с его надлежащим исполнением, о чем бенефициару было известно до предъявления письменного требования к гаранту, судом может быть отказано в удовлетворении требований бенефициара на основании ст. 10 ГК (см. комментарий к ст. 368).

Источник: http://gkodeksrf.ru/ch-1/rzd-1/podrzd-1/gl-2/st-10-gk-rf

Злоупотребление правом в гражданском праве

Эта правовая конструкция хорошо известна еще со времен римского права. В известной римской сентенции «Summum ius, summa iniuria» («высшее право – высшая несправедливость») выражается одна из основных ее идей – каждое право должно иметь пределы его осуществления, в противном случае происходит нарушение прав других лиц, что, в свою очередь, исключает соблюдение важных для гражданского оборота принципов добросовестности и разумности.

Итак, статья 10 ГК РФ устанавливает недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Несколько декларативная, на первый взгляд, норма носит достаточно прикладной характер, широко используется на практике для соблюдения, восстановления принципов разумности и справедливости, в том числе, в тех случаях, когда другие нормы права «не срабатывают», не могут быть применены в силу тех или иных причин.

Учитываем, что применение нормы статьи 10 ГК неоднократно разъяснялось высшими судебными инстанциями. Прежде всего, используем рекомендации, сформированные правоприменительной практикой, содержащиеся в «Обзоре практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» (Информационное письмо Президиума ВАС РФ №127).

Итак, остановимся на основных моментах.

Злоупотребить правом может только лицо, которое таким правом обладает.

При осуществлении принадлежащего ему права это лицо имеет намерение причинить вред другим лицам, и именно цель причинения вреда делает поведение лица противоправным, ибо само по себе право у лица существует и под сомнение не ставится.

Последствием допущенного злоупотребления правом является отказ лицу, допустившему злоупотребление, в судебной защите. Так, коллегия судей ВАС РФ в Определении об отказе в передаче дела в Президиум ВАС РФ № ВАС-9462/12 от 15 ноября 2012 г. совершенно справедливо сделала вывод о злоупотреблении процессуальными правами со стороны заявителя, указавшего в качестве оснований для пересмотра судебных актов судов нижестоящих инстанций нарушение правил о подведомственности дела арбитражному суду.

Тогда как производство в арбитражном суде было инициировано самым заявителем. Злоупотреблением правом признано и заявленное в качестве основания для пересмотра указание на нарушение формы заявления, поданного заявителем.

Судебно-арбитражная практика использует в качестве следствия злоупотребления правом не только отказ в судебной защите, но и признание сделки недействительной.

Подобная ситуация была описана в пункте 9 Обзора практики применения арбитражными судами статьи 10 ГК РФ: сделки купли-продажи были признаны недействительными по п.2 статьи 10 ГК РФ и ст. 168 ГК РФ в связи с тем, что при совершении сделок покупатель допустил злоупотребление правом, используя ситуацию, в которой руководитель продавца, действуя недобросовестно, в ущерб продавцу, продал имущество по заведомо низкой цене.

Что привело к утрате продавцом возможности использования имущества, необходимого ему для осуществления основной деятельности, и понесению продавцом дополнительных расходов по аренде этого недвижимого имущества, во много раз превышающих полученную продавцом покупную цену имущества.

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами по требованиям арбитражного управляющего, кредиторов с целью защиты прав и интересов кредиторов при банкротстве недействительной может быть признана сделка должника, совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве, которая направлена на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Так, на основании статьи 10 ГК в связи с допущенным злоупотреблением правом был признан недействительным договор купли-продажи должником (продавцом) недвижимого имущества, по цене, более чем в 48 раз ниже рыночной, направленный на уменьшение конкурсной массы должника и совершенный во вред интересам кредиторов, к числу которых относились и участники долевого строительства (Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 21.06.2012 по делу №А33-3111/2009).

Одной из форм злоупотребления правом являются также акты недобросовестной конкуренции (недобросовестная конкуренция), то есть действия хозяйствующих субъектов, противоречащие законодательству и обычаям делового оборота, и направленные на получение прибыли за счет других хозяйствующих субъектов. Правовые санкции за недобросовестную конкуренцию включают в себя комплекс мер различного характера, и одним из них является отказ в защите гражданского права как результат злоупотребления правом.

Итак, нормы о злоупотреблении правом закреплены всего лишь в одной статье ГК. И, тем не менее, позволим себе утверждать о достаточно широком спектре возможностей по использованию этой правовой конструкции в различных видах правовых споров как истцами, при обосновании своих исковых требований, так и ответчиками, при формулировании и оформлении возражений на исковые требования.

Полезное из арбитражной практики ВАС РФ и Западно-Сибирского региона по состоянию на март 2014

Заявление приобретателя недвижимого имущества об отсутствии государственной регистрации договора аренды, о наличии которого он знал в момент приобретения недвижимости, является злоупотреблением правом (п.4 Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25 февраля 2014 №165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными);

Бездействие конкурсного управляющего по поиску имущества должника является осуществлено в целях злоупотребления правом (Постановление ФАС ЗСО от 18.03.2014 по делу №А03-7554/2012);

Поскольку на момент заключения договора цессии ОАО «Омскэнергосбыт» уже отвечало признакам неплатежеспособности, что исключало возможность отчуждения ликвидного актива (права требования к ОАО «МРСК Сибири») в обычном порядке.

Расчет за уступленное право по договору цессии произведен в порядке статьи 410 ГК РФ договор цессии, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты прав и законных интересов кредиторов должника — ОАО «Омскэнергосбыт», правомерно признан недействительным.

Довод заявителя о том, что ОАО «ТГК N 11» на момент заключения договора цессии не знало о неплатежеспособности ОАО «Омскэнергосбыт» опровергается материалами дела.

Довод заявителя о незаконности утверждения очевидности признаков несостоятельности ОАО «Омскэнергосбыт» до момента вынесения судом определения о признании заявления о банкротстве обоснованным и введении в отношении должника процедуры наблюдения, является ошибочным в силу положений пункта 2 статьи 3 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ (Постановление ФАС ЗСО от 13.03.2014 по делу № А46-6112/2013);

Общество «Агросервис» и Предприниматель приводят убедительные доводы о мнимости сделки, положенной в основу мирового соглашения и, как следствие, о нарушении прав и законных интересов утвержденным мировым соглашением кредиторов Предпринимателя.

Однако указанные обстоятельства не могут быть установлены судом кассационной инстанции в силу предоставленных ему процессуальных полномочий.

Для того чтобы исключить использование мирового соглашения в качестве инструмента злоупотребления правом, суд при поступлении ходатайства о его утверждении должен установить наличие у истца субъективного права, у ответчика — обязанности, а также факт неисполнения этой обязанности, повлекшего нарушение права истца.

Иными словами, мировое соглашение нельзя утверждать, не установив фактические обстоятельства дела и наличие задолженности. Действия мэрии по обращению с заявлением о снятии спорных земельных участков с кадастрового учета являются формой злоупотребления правом, т.к. ранее признан незаконными отказ мэрии в образовании земельного участка, бездействие в непринятии решения о предоставлении обществу земельного участка на праве собственности.

Следует признать ошибочными, основанными на неверном толковании указанных норм права выводы судов о том, что избранный способ защиты нарушенного права в виде признания недействительным устава общества не предусмотрен ни статьей 12 ГК РФ.

Выводы суда о злоупотреблении гражданскими правами со стороны истца в виде предъявления требования об установлении за истцом права на принятие решений общего собрания общества простым большинством голосов и установление корпоративного контроля над обществом с помощью судебного акта сделаны без учета положений ст.2 АПК РФ, ст.10 ГК РФ (Постановление ФАС ЗСО от 11.02.2014 по делу № А46-3112/2013);

Обстоятельства продажи движимого имущества свидетельствуют о недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) покупателя, воспользовавшегося тем, что представитель продавца, также действующий недобросовестно, при заключении договора купли-продажи действовал явно в ущерб обществу, в результате чего общество могло утратить возможность использовать имущество, необходимое ему для осуществления основной деятельности.

Изложенное, по мнению суда, подтверждается следующими обстоятельствами: имущество по договору (акту приема-передачи) покупателю не передавалось; документы на транспортные средства также не передавались, имущество используется в основной деятельности общества; оплата имущества покупателем не производилась; доказательств, подтверждающих то, что покупателем предпринимались действия по понуждению продавца к исполнению договора, в деле нет (Постановление ФАС ЗСО от 29.01.2014 по делу № А45-15552/2013);

Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

Публичный порядок Российской Федерации предполагает добросовестность сторон, вступающих в частные отношения, нарушением чего является создание видимости частноправого спора, в том числе с отнесением его на рассмотрение третейским судом для получения формальных оснований для преимущественного удовлетворения требований в нарушение принципа единой правовой защиты интересов кредиторов, исключающий удовлетворение требований одних кредиторов в ущерб другим.

Пунктом 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2008 № 30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства» предусмотрено, что судам, оценивая действия (бездействие) как злоупотребление доминирующим положением, следует учитывать положения статьи 10 ГК РФ, части 2 статьи 10, части 1 статьи 13 Закона о защите конкуренции.

И, в частности, определять, были совершены данные действия в допустимых пределах осуществления гражданских прав либо ими налагаются на контрагентов неразумные ограничения или ставятся необоснованные условия реализации контрагентами своих прав.

Суды обоснованно сочли, что управляющая компания обязана выполнять Правила № 170, в том числе обеспечивать допуск работников предприятий связи на крыши и чердачные помещения. При таких обстоятельствах, арбитражные суды пришли к обоснованному выводу о наличии в действиях управляющей компании нарушений части 1 статьи 10 Закона о защите конкуренции (Постановление ФАС ЗСО от 27.11.2013 по делу №А75-409/2013);

Положения устава предлагают к предоставлению информации о лице, выдвигающим свою кандидатуру в совет директоров общества, большой объем сведений. Непредоставление хотя бы незначительной части этой информации обществу (либо неправильное оформления такого предложения), исходя из статьи 11.11 Устава (и закона) влечет за собой отказ кандидатам во включении их в список кандидатур для голосования по выборам в совет директоров.

Суд первой инстанции сделал вывод, что информация о кандидатах в совет директоров (при их выдвижении в качестве таковых в совет директоров) должна быть реально исполнима и не создавать препятствия в реализации прав лиц, выдвигающих свои кандидатуры в данный орган.

Источник: http://vitvet.com/articles/articles23

Формы злоупотребления гражданскими правами в законодательстве

В настоящее время с формированием рыночных механизмов и усложнением экономических отношений в обществе все более учащаются случаи злоупотреблений гражданскими правами и усложняются их формы. Практика показывает, что неправомерным может быть поведение, не только нарушающее конкретные нормы позитивного права, но и внешне законное, а по существу, нарушающее основополагающие системные связи и принципы гражданского права.

Определение и установление «внутренних» пределов осуществления субъективного гражданского права является одной из наиболее запутанных и сложных для понимания и разрешения правовых проблем. В этом механизме установления юридических границ ярко выражена цель права — предоставить обществу средство для цивилизованного разрешения возникающих противоречий и конфликтов.

Определяя с помощью комплекса юридических средств для субъектов права «стандартные» внешние границы, переход за которые начинает затрагивать конкретные субъективные права других участников правоотношений, законодатели всегда пытались воплотить одну из основных правовых идей, лежащих в основе законотворчества: право само не должно быть орудием для бесправия.

Необходимо отметить, что вопросы злоупотреблений правами характерны для процессуальных, налоговых, трудовых, семейных, земельных, административных и других правоотношений и, в том числе, в деятельности лиц, обладающих властной юрисдикционной компетенцией. В силу этого, проблема злоупотребления носит межотраслевой характер, и ее рассмотрение имеет общетеоретическое значение для науки российского права.

В настоящее время в науке гражданского права нет единства взглядов на юридическую природу феномена злоупотребления правом — например, действия субъекта злоупотребления признаются как правонарушением, так и особой формой реализацией права.

Отсутствует унифицированное научное определение понятия «злоупотребление гражданским правом»; мало изучены формы и виды злоупотреблений правами; идут горячие дискуссии об условиях применения последствий за злоупотребительное поведение; не получен ответ на вопрос о средстве злоупотребления гражданским правом; недостаточно изучены субъективные пределы осуществления гражданских прав через критерии добросовестности и разумности и т. д.

Особенно остро ведутся споры по поводу форм злоупотребления гражданскими правами. Некоторые современные авторы под формами злоупотребления правом понимают конкретные практические случаи, выявленные судебной практикой и составляющие бесконечное многообразие форм . Часть цивилистов, наоборот, только с шиканой отождествляет единственную форму злоупотребления правом, а все остальные случаи относит к коллизионным проблемам самих юридических норм.

Однако, статья 10 ГК РФ, как известно, наряду с шиканой, т. е. действием субъекта исключительно с намерением причинить вред, содержит ссылку на злоупотребление правом «в иных формах». В связи с этим необходимо проанализировать возможное содержа­ние «иных форм» злоупотребления правом.

Поскольку отличительным неоспоримым признаком шиканы является наличие исключительной цели — причинение вреда другому лицу, то все иные, отличные от шиканы формы злоупотребления правом, будут в своем проявлении иметь еще как минимум одну, внешне вполне правомерную цель.

Практически к формам злоупотребления правом, кроме всего, можно отнести действия, имеющие не конкретную цель — причинение вреда другому, а цель, направленную на удовлетворение собственного эгоистического интереса с равнодушным отношением к тому факту, причиняется ли этим вред другому лицу или нет. Необходимые признаки злоупотребления правом включают в себя:

  • наличие скрытой, запретной цели в недобросовестном поведении субъекта, что свидетельствует о четкости намерения, т. е. о прямом умысле;
  • использование в качестве средства для злоупотребления само гражданское право (правомочие), либо обязанность;
  • наличие ситуации правовой неопределенности и невозможность вследствие этого применить специальные гражданско-правовые нормы, непосредственно регулирующие спорное правоотношение, т.е. исключительность действия статьи 10 ГК РФ.
Представляется что все многообразные «внутренние» формы злоупотреблений правами можно разделить на две большие группы: 1) исходя из средств злоупотребления правом; 2) исходя из цели злоупотребительных актов (действий).

Средство злоупотребления правом — это то или иное субъектное гражданское право (обязанность), на которое формально опирается субъект злоупотребления, а в технико-юридическом плане — это та или иная норма, либо часть нормы, либо совокупность норм в гражданском праве, применяя которую, лицо осуществляет недобросовестные действия. Классификация этих средств путем их детализации, по мнению автора, образует следующие четыре формы злоупотребления правом:

  1. злоупотребление вещными правами;
  2. злоупотребление обязательственными правами (и, в особенности, злоупотребление правом на свободу заключения договоров и формирование их условий);
  3. злоупотребление гражданско-правовыми обязанностями;
  4. злоупотребление правом на защиту.
Необходимость разделения злоупотребления правом на четыре формы объясняется, во-первых, теоретическим подразделением всех прав на вещные и обязательственные, а, во-вторых, особенностями самих злоупотребительных актов.

Классификация форм злоупотребления правом по целям вызывает особый интерес, поскольку именно скрытая и незаконная цель образует один из важнейших признаков злоупотребительного поведения.

В зависимости от цели злоупотребление правом предлагается подразделить на следующие формы: злоупотребление правом с единственным намерением, т.е. с исключительной целью — причинить вред другому лицу (шикана); злоупотребление правом с целью обогащения, т. е. с целью получения имущественной выгоды (наживы).

Злоупотребление правом с целью избегания (уклонения) от выполнения своих обязанностей; злоупотребление правом с целью воспрепятствования, блокировки реализации субъективных прав кредиторов на их защиту и восстановление.

Злоупотребление правом как действия с исключительным намерением причинить вред другому лицу, стало классическим примером злоупотребительного поведения. Однако это отнюдь не исключает проявления других форм злоупотребления правом, поскольку причинение вреда другому лицу использованием права исключительно ради своего удовольствия — это удел психически нездоровых людей и представляет собой хотя и яркие, но редкие случаи.

Злоупотребление правом с целью собственного обогащения образует самостоятельную классификационную форму, при которой нарушителю безразлично по большому счету материальное, либо психическое положение пострадавшего; он увлечен своей целью — обогатиться, в том числе, с помощью имеющихся у него правовых средств.

Наиболее распространенной формой злоупотребления правом можно выделить действия лица с конкретной целью — избегание, уклонение от выполнения своих гражданско-правовых обязанностей. Однако и в этом случае управомоченный субъект ссылается на ту или иную норму права (правомочие), либо условие договора, которые, по его мнению, не позволяют ему исполнить свою обязанность. При этом, субъект имеет фактическую возможность исполнить свое обязательство.

Изощренной формой злоупотребленого поведения являются действия с целью воспрепятствования, блокировки реализации субъективных гражданских прав кредиторов на их защиту и восстановление. Чаще всего подобная форма проявляется при предъявлении кредитором в суд требования к должнику, который в качестве «возражения» при этом выдвигает те или иные встречные требования.

В большинстве случаев эта форма представляет собой субъективную сторону злоупотребления правом на защиту, но иногда представляет собой собственные злоупотребительные схемы (например, реализация имущества по мнимым сделкам с целью сокрытия его от законных требований кредиторов) [6, с. 198].

Необходимо отметить, что классификация форм злоупотребления правом может происходить не только по «вертикали», но и по «горизонтали»: а) злоупотребление нормами закона и подзаконными актами; б) злоупотребление условиями договоров; в) злоупотребление правом в обход закона, т. е. с использованием законотворческих, либо договорных пробелов и ошибок.

Классификация форм в зависимости от юридических актов, которые подвергаются правовому злоупотреблению определяется существующей иерархией юридических документов: международные акты, Конституция РФ, конституционные законы, федеральные законы (в том числе кодексы), указы Президента РФ, постановления Правительства РФ, нормативные правовые акты органов федеральной власти и органов местного самоуправления, договоры (как форма реализации гражданских прав, установленных в законе).

Практическая правоприменительная деятельность привносит свои коррективы в разрабатываемые учеными теоретические концепции, с которыми они вынуждены считаться. В ходе практической деятельности выявляются все теоретические просчеты и «перегибы» учения о злоупотреблении правом.

Тем самым, практика становится таким же равноправным соучастником процесса совершенствования правового мира, как и чисто теоретическая дея­тельность. Практические указания на условия применения статьи 10 ГК РФ весьма немногословны и содержатся в пункте 5 постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 01 июля 1996 г. № 6/8, где судам предписано при применении статьи 10 ГК РФ выяснять, какие именно действия квалифицируются судом как злоупотребление правом и, в частности, действий, имеющих цель причинить вред другим лицам.

Это указание имеет задачу воспрепятствовать немотивированной формальной ссылке судов на статью 10 ГК РФ при рассмотрении ими конкретных споров, поскольку, как доказывалось ранее, подобной формальной ссылкой на статью 10 ГК РФ можно деактивировать любое субъективное право.

Далеко не все суды выполняют это указание, с легкостью применяя статью 10 ГК РФ как удобную норму с тем, чтобы аннулировать законные требования одной из сторон в судебном процессе. Четкая мотивированная квалификация злоупотребительных действий должна стать гарантией от необоснованного применения статьи 10 ГК РФ и от нарушения, тем самым, баланса прав и законных интересов участников гражданских правоотношений.

Если обобщить случаи конкретных злоупотребительных (действий), встречающихся чаще всего в судебной практике, то можно увидеть массу примеров как обоснованного, так и неоправданного использования принципа добросовестного правоосуществления, заложенного в статьях 1 и 10 ГК РФ.

Отсюда, выявление родовых признаков в злоупотребительных актах (действиях) служит основой совершенствования правоприменительной практики. Анализ судебной практики позволил выделить из ранее приведенных форм следующие виды злоупотреблений гражданскими правами:

  • злоупотребление полномочиями органов и представителей юридического лица;
  • злоупотребление правом на свободное формирование условий договора (неустойки, проценты, условия возмещения убытков, задаток, залог т. п.), в том числе, «злоупотребительное» уклонение от заключения договора;
  • злоупотребление правом с помощью заключения гражданско-правовых сделок, направленных на уклонение от уплаты налогов, либо на необоснованные возмещения из бюджета РФ;
  • злоупотребление правом при процедуре ликвидации должника (в том числе, при проведении процедуры банкротства);
  • злоупотребление правом путем заключения сделок по реализации имущества, предназначенного к удовлетворению претензий кредиторов (в том числе, сделки реорганизации юридического лица);
  • злоупотребление правом с помощью «абстрактных» гражданско-правовых обязательств — векселей;
  • злоупотребление правом на зачет встречных требований (как действие, так и бездействие);
  • злоупотребление правом с помощью исков о признании сделок, актов недействительными (или «несостоявшимися»);
  • злоупотреб­ление правом на отказ в защите права с помощью статьи 10 ГК РФ (злоупотребление «правом на право»);
  • злоупотребление иными способами защиты прав, предусмотренными и не предусмотренными статьей 12 ГК РФ.
Из приведенных форм и видов необходимо отметить, что злоупотребление правом на защиту имеет устойчивую тенденцию к росту, поскольку «опирается» не только на материальное — гражданское право, но и на процессуальное (АПК РФ, ГПК РФ), которое реализует, в свою очередь, в жизнь статью 46 Конституции РФ: «Каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод».

Принцип доступности судебной защиты, таким образом, вместе с гражданско-правовыми средствами защиты становится все чаще орудием для злоупотребления правом. Науке, законодательству и правоприменительной деятельности предстоит выработать собственные эффективные меры противодействия этим злоупотребительным явлениям.

Источник: https://sibac.info/conf/law/ix/26588

Принцип добросовестности в современном гражданском праве

В Гражданском кодексе Российской Федерации, особое место и роль принадлежат разделу I «Общие положения», который представляет собой основу всего гражданского права России, а не только самого Гражданского кодекса РФ. Они же позволяют выявить место и функциональное назначение гражданского права в правовой системе в целом.

Одним из наиболее дискуссионных изменений в рамках новой редакции общей части ГК РФ является усиление значения принципа добросовестности в разрезе как принципа гражданского права в целом, так и принципа отдельных его отраслей и институтов, в частности договоров. Несмотря на то, что данный принцип уже на протяжении многих лет признан и доктриной, и судебной практикой, ни ранее действовавшая редакция ГК РФ, ни обновленная его версия не дают однозначного ответа на вопрос о том, что следует понимать под добросовестностью, что влечет за собой ряд проблем.

С 01 марта 2013 года вступили в силу поправки в 1 часть ГК РФ, в которых наиболее значимым новшеством стало законодательное закрепление принципа добросовестности, как важнейшего ориентира для поведения субъектов гражданского права.

Уравновешивая правила, утверждающие свободу договора и автономию воли, нормативно в пунктах 3 и 4 ст. 1 ГК РФ закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Частично модернизирована и ст. 10 ГК РФ, где пределы осуществления гражданских прав существенно конкретизированы, а запретные действия расширены до обхода закона как наивысшей формы злоупотребления правом. Определено понятие «злоупотребление правом», в связи с этим формы злоупотребления правом стали более определенными и имеют соответствующие квалифицирующие признаки.

При этом одной из таких форм являются «действия в обход закона с противоправной целью» — наименее очевидная с точки зрения точности квалификации правовая категория. Отсутствие каких-либо критериев, позволяющих относить действия лиц к «действиям в обход закона» (помимо указания на противоправность их цели), явно порождает правовую неопределенность. Кроме того, следует отметить изменения, касающиеся последствий злоупотребления правом.

В действующей редакции статьи 10 ГК РФ в случае выявления нарушения запрета на злоупотребление правом суду предоставляется возможность отказать в защите права (в статье указано: «суд может отказать»). В новой редакции этой статьи норма сформулирована таким образом: «суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом».

При буквальном толковании этого положения создается впечатление автоматического применения таких правовых последствий судом. Полагаю, что вряд ли законодатель имел в виду обязанность суда. При этом допускается вариативность — частичный или полный отказ в защите, а также фиксируются условия их применения — требуется учитывать как характер, так и последствия допущенного злоупотребления.

В целом это создает все больше возможностей для формирования разнообразной судебной практики, а это значит, что потребуется выработка единообразного подхода к применению этих норм судами. При этом обновленные нормы о злоупотреблении правом несомненно корреспондируют с закрепленным в ст. 1 ГК РФ принципом добросовестности. Однако соотношение этих двух важнейших принципов гражданского права абсолютно не исследовано.

В настоящее время гражданское законодательство зачастую использует понятие «добросовестности», оценивая поведение участников гражданского оборота. Однако в Гражданском кодексе это понятие не определено. Такие правовые нормы рассматриваются как оценочные и используются прежде всего для установления определенных рамок судебного усмотрения.

Наиболее полно понятие «добросовестность» раскрывается при определении термина «добросовестный владелец». В соответствии с Гражданским кодексом под таким субъектом понимается лицо, которое не знало и не могло знать о том, что лицо, у которого оно возмездно приобрело имущество, не имело права такое имущество отчуждать п. 1 ст. 302 ГК РФ.

Отграничивая требования добросовестности от общих начал гражданского законодательства, Гражданский кодекс тем не менее указывает, что такими требованиями можно руководствоваться наряду с общими началами и смыслом гражданского законодательства в случаях, когда невозможно использовать аналогию закона п. 2 ст. 6 ГК РФ.

Одновременно с этим Гражданским кодексом установлена презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, но при определенных условиях. В случае если закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права добросовестно, то добросовестность лица предполагаетсяп. 3 ст. 10 ГК РФ. Следовательно, участник гражданских правоотношений не обязан доказывать добросовестность своих действий, бремя доказывания обратного возложено на его контрагента.

Необходимость внесения в Гражданский кодекс изменений, направленных на закрепление принципа добросовестности, обусловлена рядом объективных причин. Во-первых, существующие в Гражданском кодексе ссылки на добросовестность как на субъективный критерий оценки поведения субъектов гражданского права и объективное основание регулирования гражданских отношений оказываются недостаточными для эффективного правового регулирования.

При рассмотрении вопроса о добросовестности участников гражданских правоотношений суды ссылаются на основные начала гражданского законодательства, среди которых принцип добросовестности не упоминается, или на основополагающие частноправовые принципы.

Отсутствие четкого закрепления принципа добросовестности в российском гражданском законодательстве, в отличие от документов международного частного права, может отражаться на вынесении справедливых решений при рассмотрении споров с участием российских лиц в международных судах.

Во-вторых, принцип добросовестности соответствует представлениям современной правовой доктрины гражданского права. Он предусмотрен в законодательстве подавляющего большинства государств с развитыми правопорядками. Рассматриваемый принцип достаточно четко определен в законодательстве отдельных государств — участников СНГ* (ст. 2 ГК Республики Беларусь, ст. 3 ГК Украины).

Закон № 302-ФЗ, утверждая принцип добросовестности как одно из основных начал гражданского законодательства, указывает на обязанность участников гражданских правоотношений действовать добросовестно при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей, Необходимо обратить внимание на то, что суды, разрешая споры, исходят из данных требований добросовестности, обосновывая их ссылками на статьи 9 и 10 Гражданского кодекса.

В дополнение к указанной выше норме закон устанавливает в статье 1 Гражданского кодекса запрет для любого лица извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Данное положение также нашло отражение в судебной практике. В то же время в судебных актах недобросовестное поведение, как правило, рассматривается как незаконное. А это влечет запрет использования выгоды от такого поведения.

Существенное значение для последовательного закрепления в Гражданском кодексе принципа добросовестности имеет введение презумпции добросовестности участников. В то же время нельзя обойти вниманием вопрос о ситуациях, когда само лицо обязано доказывать добросовестность своего поведения. Данная проблема актуальна и для других областей гражданского законодательства.

Ясное понимание содержания принципа добросовестности имеет исключительную важность для юридической практики. Особенно ярко это демонстрирует договорное право: признание сделки кабальной, совершенной с пороком воли или с выходом за пределы ограничения полномочий невозможно без квалификации действий одной из сторон как недобросовестных, тем или иным образом ущемляющих интересы контрагента.

Усиление значения принципа добросовестности позволяет участникам гражданского оборота получить защиту от действий, которые формально не противоречат требованиям закона, но фактически имеют целью ущемление интересов контрагента.

Однако есть и другая сторона медали: важнейшее значение имеет четкое определение границ понятия «добросовестность», так как излишне вольная его трактовка может привести к нежелательным последствиям, в том числе к неоправданному расширению судейского усмотрения, которое в ряде случаев ставит под угрозу соблюдение режима законности.

В качестве примера произвольной трактовки судом понятий «добросовестность» и «недобросовестность», может служить Постановление ФАС МО от 28.03.2013 г. по делу № А40–74516/12–19–545. Данное дело касалось нарушения исключительных прав на товарный знак, а именно использования ответчиком доменного имени, тождественного с товарным знаком истца.

Несмотря на то, что доменное имя было зарегистрировано ответчиком за два месяца до регистрации товарного знака истцом, в первой, апелляционной и кассационной инстанциях действия ответчика были признаны недобросовестными. Однако, на мой взгляд, при внимательном изучении обстоятельств данного дела вывод суда представляется более чем сомнительным. Очевидно, что при наличии легального определения и критериев добросовестности исход дела мог быть совсем иным.

В свете изложенного считаю, что недостаточно формально закрепить обязанность участников гражданско-правовых отношений действовать добросовестно. В обновленной редакции ГК положения, касающиеся принципа добросовестности, рассредоточены и выражены весьма абстрактно.

Такая ситуация предоставляет судам возможность крайне широкого толкования данного понятия, что в некоторых ситуациях может создать опасность искажения ситуаций нормального гражданского оборота, усилить непредсказуемость исходов судебных разбирательств.

Полагаю, что необходимо ввести легальное определение данного понятия и его критерии с учетом подходов, сложившихся в доктрине и судебной практике, чтобы хотя бы частично нивелировать его оценочную природу. В качестве таких критериев допустимо использовать осведомленность участников правоотношений об ущемлении прав контрагентов в результате совершения тех или иных действий, осведомленность о противоправном поведении других участников этих же отношений и пр.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что изменения, внесенные в Гражданский кодекс, безусловно, являются принципиальными и значимыми для развития российского гражданского законодательства. Принцип добросовестности распространяется на действия участников гражданского оборота при установлении прав и обязанностей, осуществлении прав и исполнении обязанностей, а также при защите прав.

Источник: https://moluch.ru/archive/79/13917/

Злоупотребление правом в гражданских правоотношениях

Конституцией РФ установлен главный общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом. В соответствии со ст. 17 Конституции осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Однако, вышеуказанный принцип содержит в себе запрет, который распространяется не на все случаи злоупотребления правом. Сегодня круг тех случаев, которые считаются злоупотреблениями шире, чем они закреплены в конституционной норме.

Буквально толкуя это предписание можно утверждать, что данный запрет не распространяется, например, на случаи злоупотребления субъективным правом со стороны коммерческих организаций, что также неверно.

Злоупотребление правом сегодня отмечается во всех без исключения сферах правовой деятельности (конституционное, семейное, трудовое, гражданское право и т.д.), где поведение субъекта связано с реализацией субъективных прав и законных интересов.

В соответствии с действующей редакцией ст. 10 ГК РФ не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Федеральным законом от 30.12.2012 г. № 302-ФЗ «О внесении изменений в главе 1,2,3,4 ГК РФ» дополнительно к принципу добросовестности вводится запрет на обход закона с противоправной целью. При этом законом установлено, что к действиям, направленным на обход закона, будут применяться те же последствия, которые установлены для злоупотребления правом, если иное не указано в тексте ГК РФ.

Представляется, что на практике могут появиться затруднения, связанные с определением сущности этого правового явления, а также с отграничением его от иных правовых институтов. К примеру, в настоящее время в судебной практике встречаются случаи фактического отожествления таких институтов, как «обход закона» и «притворная сделка» (Постановление ФАС Северо-Кавказского округа от 23.12.2011 по делу N А32-3596/2010).

Различия между действиями, направленными на обход закона, и притворными сделками правоотношениях следует проводить по направленности воли лиц, участвующих в них. При совершении действий, направленных на обход закона, воля лиц направлена на достижение именно того правового результата, который и заявляется заключаемыми сделками.

Обходом закона и осуществлением гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу злоупотребление правом не ограничивается. Так, к злоупотреблению правом, судебная практика часто относит действия направленные на воспрепятствование осуществление другим лицом его законного права ( Постановление Президиума ВАС РФ от 05.10.2010 № 5153/10 ).

Таким образом, в соответствии со ст. 10 ГК РФ злоупотребление правом может быть квалифицированно любое заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав.

К последствиям злоупотребления правом закон относит полный или частичный отказ суда в защите права, а также иные меры, предусмотренные законом. Представляется, что указание на иные меры, связано с тем, что обращение в суд с целью защитить свои права не является единственным применяемым способом.
Способы защиты права установлены ст. 12 ГК РФ. К таковым закон относит:

  • признание права;
  • восстановление положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения;
  • признание оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки;
  • признание недействительным решения собрания;
  • признание недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления;
  • самозащиты права;
  • присуждения к исполнению обязанности в натуре;
  • возмещение убытков;
  • взыскание неустойки;
  • компенсация морального вреда прекращения или изменения правоотношения;
  • неприменение судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону.
Список, установленный законом, исчерпывающим не является. К способам могут быть отнесены иные меры, установленные законодательством. Так законом установлено, что если злоупотребление правом повлекло нарушение прав другого лица, то такое лицо вправе требовать возмещение причиненных ему этим убытков по правилам ст. 1064 ГК РФ.

Важно отметить, что злоупотребление правом может быть не только материальным, но и процессуальным. Значение наличия норм о злоупотребление процессуальными правами является весьма важным. Ведь злоупотребление процессуальными правами может затянуть процесс, породить неблагоприятные последствия для сторон.

В связи с этим вопросом, хотелось бы обратить внимание, что в этом вопросе АПК РФ несколько превзошел ГПК РФ, поскольку АПК содержит нормы содержащие неблагоприятные последствия для лиц злоупотребляющих своими процессуальными правами. Так, ст. 111 АПК РФ предусматривает отнесение судебных расходов на лиц злоупотребляющих своими процессуальными правами.

Кроме того, нормы о злоупотребление предусмотрены ст. 225.12 и ст. 41 ( злоупотребление процессуальными правами лицами, участвующими в деле , влечет за собой для этих лиц последствия предусмотренные АПК РФ).

Нормы ГК, АПК , ГПК не содержат прямо выраженного запрета злоупотребления правом на предъявление иска ( право на судебную защиту). Данное обстоятельство позволяет сделать вывод, что злоупотребление правом на иск невозможно. Более того, процессуальными правами обладают только лица, участвующие в деле.

Статус лица, участвующего в деле, возникает только после принятия искового заявления. То есть, злоупотреблять правами возможно лишь с этого момента. Следовательно сама подача заявления или жалобы, которыми возбуждается дело в суде не могут признаваться злоупотреблением процессуальными правами.

Судебная практика показывает, что чаще всего в качестве злоупотребления процессуальным правом понимается подача ходатайств об отводе судей, о приостановлении производства по делу и об отложении судебного разбирательства.

Последствия злоупотребления процессуальным правом можно разделить на следующие группы:

  1. Возложение на лицо, злоупотребляющего правом, обязанности по уплате определенной денежной суммы.
  2. Отказ суда в совершении действий , о которых просит лицо, злоупотребляющее правом.

Для первой группы применяется в частности ст. 111 АПК РФ. Вопросы распределения судебных расходов, отнесения судебных расходов на лицо, злоупотребляющее своими процессуальными правами, и другие вопросы о судебных расходах разрешаются арбитражным судом соответствующей судебной инстанции в судебном акте, которым заканчивается рассмотрение дела по существу или в определении.

Вторая группа направлена не на наказание нарушителя, а на пресечение действий, которые могут задержать движение процесса. Стоим отметить, что АПК РФ прямо не предусматривает такого последствия, как отказ от удовлетворения ходатайства.

Однако, основанием к отказу в удовлетворении может послужить, в частности, злоупотребление стороной своими процессуальными правами ( Постановление Президиума ВАС Северо-Западного округа от 01.11.2002 № 56).

Наиболее острой проблемой, связанной с рассматриваемой тематикой, является отсутствие в законодательстве определения термина злоупотребления правом. Понятия злоупотребления не содержится и в современной цивилистической науке.

Не выработана дефиниция злоупотребления правом и судебная практика. В Постановлении Пленумов Верховного суда РФ и Высшего Арбитражного суда РФ « О некоторых вопросах, связанных с применением части первой ГК РФ» от 1 июля 1996 года, указывается следующее:

При разрешении споров следует иметь ввиду, что отказ в защите права со стороны суда допускается лишь в случаях, когда материалы дела свидетельствуют о совершении гражданином или юридическим лицом действий, которые могут быть квалифицированны как злоупотребление правом, в частности действий, имеющих своей целью причинить вред другим лицам. В мотивировочной части соответствующего решения должны быть указаны основания квалификации действий лица как злоупотребления правом.

Таким образом, квалифицировать действия как злоупотребления правом Пленум предоставил на судейское усмотрение. Для определения сути понятия злоупотребления правом обратимся к толковому словарю С.И. Ожегова, в соответствии с которым злоупотреблением является проступок, состоящий в незаконном, преступном использовании своих прав, возможностей.

Проанализировав все вышесказанное, злоупотребление правом можно определить как – действие лица, состоящее в недобросовестном использовании своих прав с намерением причинить вред другого лицу.

Источник: https://lex-pravo.ru/law-comments/66/6996/

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *